НЕСЛОМЛЕННЫЙ, или ЕВГЕНИЙ «КРЫЛЬЕВ СОВЕТОВ»

Этот открытый, очень простой, даже простоватый в общении человек с выразительным лицом шляхтича-воеводы и прямой спиной всадника уже сам стал одним из неотъемлемых символов «Крыльев Советов». Хранителем, защитником. Домовым, если хотите. В нём странным образом слились черты закарпатского хлопца и неунывающего русского Василия Тёркина. В 21-летнем возрасте он сыграл за «Крылья» свои самые главные и лучшие матчи. Стал мастером спорта всего Советского Союза, как любит он шутить до сих пор. На его мудром и часто лукавом лице больше гостит улыбка, он привык обнадёживать, утешать, угощать, дарить подарки, помогать, организовывать. А ведь его человеческая и футбольная судьба невероятно драматична и даже трагична. Трагический герой карнавальной Самары. Безымянская безотцовщина. Дитя войны и эвакуации. Санча Панса и Дон-Кихот в одном лице. Неунывающий народный рыцарь футбольного образа. Заслуженный ветеран «Крыльев Советов» — он до обидного мало сыграл за свои «Крылья»… Евгений Гецко родился в эпицентре во всех смыслах Великой Отечественной войны — 6 апреля 1943 года в Геленджике. По другой версии, в посёлке Пшада Краснодарского края. Впрочем, возможно, он явился на свет в курортном грузинском местечке Цехкадзор. И, скорее всего, 4 апреля. В результате короткого и яркого военного романа его мамы Веры Гецко, уроженки станицы Пшада с украинско-греческими корнями, и боевого советского офицера Федора Давиденко, которого Евгений впервые увидел в Киеве уже будучи самостоятельным и взрослым человеком. А в голодном и холодном 1947 году он вместе с мамой, которую боготворит и всё время вспоминает, двумя тётями и двоюродной сестрой переехал из Геленджика в Куйбышев. Сначала в Зубчаниновку, а потом на станцию Безымянка, где все пятеро жили в девятиметровой комнате. Мама работала на железной дороге, формировала и сортировала поезда, а Женька пропадал на улице, в самом сиротливом и хулиганском районе послевоенного Куйбышева.

В 11-летнем возрасте Женю Гецко принимают в школу «Крылья Советов» и именно с тех пор «Крылья» для него становятся синонимом родины и смыслом его жизни. Женька, как позже и в больших «Крыльях», играл на всех позициях кроме вратарской. В 1958 году он вместе с командой средних юношей выиграл все республиканские, областные и городские турниры.

В 1960 году Гецко зачисляют на Авиационный завод. Он играет за заводскую команду на позиции правого полузащитника и тренируется вместе с дублем «Крыльев». В 1961 году становится серебряным призером всесоюзного юношеского турнира в Миасе. После возвращения всех его партнёров по юношеской команде от футбола отстраняют — вместе с куйбышевскими игроками из гостиницы исчезли простыни, полотенца и подушки. Отстраняют всех, кроме Гецко. Он, по признанию товарищей, в воровстве не участвовал. А в конце лета того же 1961 года Виктор Карпов привлекает Гецко к тренировкам с основным составом и отправляет в Ленинград на встречу 1/8 розыгрыша Кубка страны с «Зенитом», оставляя ряд ведущих игроков готовиться к решающим играм за возвращение в класс «А». Так 3 октября 1961 года Евгений Гецко проводит свой первый официальный матч за команду своей мечты. Поражение (со счетом 0:3) 18-летнего полузащитника даже не огорчило. 31 октября 1963 года Гецко дебютировал за «Крылья» в чемпионате СССР в гостевой игре с бакинским «Нефтяником» (0:1), выйдя на замену вместо Евгения Майорова. В том же году Виктор Иванович Карпов и Евгений Гецко совершенно случайно купили в магазине одинаковые модные шляпы и пришли в них на тренировку. Кто-то пошутил — «отец и сын». Да, Карпов открыл Гецко, дал ему почувствовать неповторимый вкус великой игры и большого футбола. Да, Карпов породил футболиста Гецко и сам же безжалостно погубил. Едва не погубил. А ведь Гецко невероятно много тренировался. Репетировал оригинальные финты, которыми удивлял болельщиков, отрабатывал хлесткие удары и длинные передачи, одним из первых прославился своими мощными бросками мяча из аута. Однако колоритный игрок с неопределенным амплуа так и не полюбился Виктору Ивановичу.

Но сначала был, может, самый лучший сезон карповских «Крыльев»- сезон 1964 года, в котором среди главных действующих лиц оказался и 21-летний безымянский хлопец, универсал Евгений Гецко.

И была сначала одна из самых запоминающихся игр — дома с тбилисским «Динамо», ставшим в том сезоне чемпионом страны. О, что это был за матч?! 3 сентября. Битва и праздник, кураж и рёв переполненного куйбышевского стадиона «Динамо». Грузинские кудесники мяча, а это были на самом деле кудесники (Сичинава, Яманидзе, Датунашвили, великие Метревели и Месхи), рвались к чемпионству. Но в Куйбышеве вынуждены были довольствоваться боевой и очень обидной для них ничьей. Счёт на 32-ой минуте открыл фантастическим ударом вчерашний дебютант Гецко. Тбилисцы ответили техничной игрой и тремя мячами. Когда любимец всей Грузии и лидер сборной СССР Слава Метревели с пенальти переиграл Александра Соколова и сделал счёт 3:1, — всё, казалось, было уже решено. Но с этим не согласились Альфред Федоров, Анатолий Кикин, Николай Осянин, Евгений Майоров, Геннадий Сарычев, Юрий Капсин, Владимир Гришин, Анатолий Жуков и два «желторотых» друга-дублера – Егений Гецко и Борис Кох. Маленький Кох, шутник и дриблёр, в концовке матча показал техничным гостям собственный вариант обводки и дважды поразил ворота Котрикадзе – 3:3. Обезумевшая от радости рабочая торсида «Крыльев» несколько часов праздновала эту ничью на улице Льва Толстого…

А потом случился тот самый легендарный матч против московского «Динамо» со Львом Яшиным в воротах. Полуфинал Кубка СССР. 7 сентября 1964 года в Лужниках. И победа со счетом 3:2. Гол Осянина и два Кикина. И на левом фланге защиты «Крыльев» Евгений Гецко. После двух блестящих матчей (с тбилисским «Динамо» и полуфинала с «Динамо» московским) последовал провал в игре с ЦСКА. На левом фланге защиты Гецко, которого никто не страховал, задёргал армейский нападающий Басалик. В одном из эпизодов Гецко, пытаясь отпасовать своему вратарю, выложил мяч на ногу армейцу. После поражения 1:4 Евгений надолго потерял место в основе.

Триумф и жестокое падение. Наслаждение и боль. Счастье и беда. В жизни Гецко все эти понятия неразделимы, неотделимы. В 1964 году он влюбляется в выпускницу музыкального училища. Инна замечательно пела, играла на аккордеоне и пианино. И через год они поженились. У них родились две дочери — Оксана и Вера, названная в честь мамы Евгения Гецко. А в 1983 году его ждал страшный удар – болезнь и смерть жены…

В 1967 году Евгений Гецко вынужден был уйти из «Крыльев» — Виктор Карпов так и не увидел его в основном составе. После феноменального сезона 1964 года Гецко с благодарностью и удовольствием вспоминает лишь матч с «Пахтакором» в 1965 году. Он вышел вместо Анатолия Казакова в нападение, когда «Крылья» горели 0:2, забил два мяча и спас родную команду от поражения. После этого маленького чуда футболиста пригласил готовившийся принять ЦСКА тренер Шапошников. Но в последний момент ЦСКА возглавил другой специалист. И Гецко уехал выступать за харьковский «Металлист». Став лидером харьковской команды в межсезонье, Гецко накануне чемпионата получает нелепую и внезапную травму — разрыв мышцы живота. Его уговаривают остаться, но он рвётся домой — в Куйбышев. И в 1968 и 1969 годах проводит два замечательных сезона в куйбышевском «Металлурге», который под руководством Альфреда Федорова должен был выступать в Первой лиге. Но в 1970 году вылетевшие из «вышки» «Крылья» бессмысленно и беспощадно объединяют с «Металлургом». Зато Евгений Гецко вновь оказывается в команде своей мечты. И вновь проявляет свой искренний и нелёгкий характер. И вновь становится не нужным родной команде. Вернее, её начальству…

За «Крылья» мастер спорта СССР Евгений Гецко выступал в 1961-1967 годах и в 1970 году. Сыграл в чемпионатах СССР 51 матч и забил четыре мяча. После «Крыльев» он успел поиграть в астраханском «Волгаре» и балаковском «Корде». В Балаково игроцкая судьба ещё раз свела его с Виктором Ивановичем Карповым.

Вернувшись по окончании такой противоречивой карьеры игрока в Куйбышев, Гецко (получивший еще в 1966 году диплом школы тренеров) тренирует детей на «Чайке» и играет за взрослую команду, добывая для нее первую «бронзу» в чемпионате области. Но денег на воспитание дочерей не хватает, и он идёт на металлургический завод. И вновь попадает в трагический переплёт. Судьба ломала его, а он почему-то не ломался. Удивительно живучий и жизнелюбивый человек. В 51 цехе металлургического завода он попал под самый большой пресс в Европе, больше месяца находился в гипсе, будучи помещен в специальный гамак. А потом встал и… побежал. И даже вновь вышел на футбольное поле в составе ветеранов «Крыльев Советов». И показал, как надо пробивать пенальти юным болельщикам на открытии исторических ворот Музея самарского футбола…

В конце 1980-х годов Евгений Гецко первым почувствовал острую ностальгию по историческим «Крыльям». Он видит никому ненужных, неприкаянных ветеранов команды и сначала создаёт клуб «Стар Ф» как куйбышевский филиал всесоюзного кооперативного общества ветеранов футбола. А потом помогает одноклубникам в Фонде ветеранов спорта. Ещё будучи игроком, он дарил футболистам подснежники, переодевался в деда Мороза, пытаясь устроить себе и своим партнёрам праздник. А в эпоху коммерческой жадности он решил, что его миссия — хранить историю «Крыльев». Не абстрактно, а через помощь ветеранам команды, которых в Самаре становится всё меньше и меньше. Ветеранам футболистам и ветеранам болельщикам. Исторический флаг, значки и первые сувениры, ежегодные календари, дни рождения крыльевцев, фотоальбомы, книга «Крылья: история, имена», биографические сборники, десятки организованных матчей ветеранов, детская школа имени Анюкова в Борском, визит болгар-побратимов, материальная и моральная поддержка бывших футболистов, которые (как он твердит) бывшими не бывают — это всё Евгений Федорович Гецко. И столетие самарского футбола, и 70-летие «Крыльев», которыми он жил и в организации которых принимал непосредственное участие — его глубоко личные праздники. Как дни рождения его дочерей и внучек, как голы его внука… Он активно помогал нам создавать первый в России общественный музей футбола. Он увидел своими глазами лучшие команды мира на Мундиале в Самаре. Он до последних минут жизни Виктора Карпова благодарил уникального самарского тренера за то, что тот подарил ему самые лучшие «Крылья» начала 1960-х. Несмотря ни что…

В 2020 году Евгения Гецко пытался сломать и убить короновирус, несколько побочных тяжелых заболеваний. Но он снова не сломался. Он выжил, встал и 13 марта приехал со своей неизменно лукавой улыбкой дарить подарки участникам детского турнира на Кубок Карпова. И ещё скажет свое веское слово на 110-летии самарского футбола.

А 6 апреля Евгению Фёдоровичу исполнилось 78 лет…

Пусть жизнь одна сплошная драма –

Зависимый был независим.

И кто не помнит, как Тбилиси он забивал?!

Как он с «Динамо» играл на фланге обороны?!

Он рвался в ангелы, как птица.

Хоть грешен был,

но на иконах его лицо запечатлится.

И это вновь, и это снова.

Держать удар, смеясь от боли.

Не унывать и быть готовым

к любой позиции на поле.

Его любили, не любили и предавали,

но без воя

Он навсегда хранитель «Крыльев» —

Гецко Евгений — домовой их.

Сергей Лейбград, поэт, журналист, научный руководитель и главный хранитель общественного Музея самарского футбола

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.